ТОП 10 лучших статей российской прессы за Oct. 14, 2015
Для следствия больше нет тайн
Автор: Татьяна Батенёва. Российская газета
23 сентября было возобновлено следствие по уголовному делу об останках членов царской фамилии - великой княжны Марии и престолонаследника Алексея. Руководит им, как и предыдущими уголовными делами по обстоятельствам гибели членов Российского императорского дома в 1918-1919 годах на Урале и в Петрограде, старший следователь-криминалист Следственного комитета России Владимир Соловьев. Он ответил на вопросы "РГ".
Владимир Николаевич, почему дело, закрытое еще в 2008 году, возобновлено?
Владимир Соловьев: Святейший патриарх Кирилл обратился в правительство с просьбой решить вопрос о проведении дополнительных экспертиз останков Марии и Алексея, хранившихся в Российском государственном архиве, куда они были переданы мной после прекращения предыдущего уголовного дела. По указанию председателя Следственного комитета России оно возобновлено и 23 сентября проведена эксгумация останков Николая II и императрицы Александры Федоровны, чтобы провести дополнительные генетические исследования.
Неужели в научных лабораториях, где проводились многочисленные предыдущие экспертизы, не сохранились образцы тканей останков?
Владимир Соловьев: В 1998 году перед захоронением императорской семьи по предложению патриарха Алексия были взяты образцы тканей из останков всех девяти человек. Они находились на хранении до 2007 года. Когда в 2007 году встал вопрос об идентификации вновь найденных останков Алексея и Марии, все эти фрагменты были использованы для дополнительных экспертиз. Они проводились заново, буквально "с чистого листа", потому что за истекшие годы появились принципиально новые методы исследования. В конце 90-х по останкам такой давности и такой сохранности ученые могли исследовать только митохондриальную ДНК (передается по женской линии. - Ред.). А к 2007 году уже умели исследовать и Y-хромосомы, которые передаются по мужской линии. Это более сложная, но и более информативная экспертиза. В судебной практике она не часто встречается, т.к. требует больших затрат времени и высочайшей квалификации экспертов. Уникальные научные исследования провели четыре независимые группы генетиков - Евгения Ивановича Рогаева из Института общей генетики РАН, генетической лаборатории Свердловского областного бюро судебно-медицинских экспертиз, идентификационной лаборатории Армии США и лаборатории Вальтера Парсона из Инсбрукского медицинского университета в Австрии. И однозначно доказали, что это останки цесаревича Алексея и его сестры, великой княжны Марии.
К тому времени вы обнаружили и образцы крови императора Николая?
Владимир Соловьев: Да, в Государственном Эрмитаже были найдены рубаха и головной убор (котелок) Николая II, которого в 1891 году во время поездки по Японии ранил фанатик-полицейский. Кстати, именно оттуда пошло выражение "японский городовой". На котелке ясно видны следы разруба, а на рубахе - следы крови. Результаты экспертизы были сенсационными: генетический материал останков и крови совпал на 99 и 39 девяток после запятой. Такое совпадение у двух чужих друг другу людей могло бы быть вероятным, если бы население Земли выражалось числом с 40 нулями - это просто невозможно себе представить.
А как смогли идентифицировать великих княжон? Ведь их генетический материал не мог показать, кто из них Татьяна, кто Ольга, а кто - Анастасия?
Владимир Соловьев: Каждый человек отличается от другого индивидуальным "генетическим паспортом". Поэтому каждая из четырех дочерей Николая имеет свой генетический облик. Но генетики действительно не могут сказать, кто из них кто. Эти вопросы определяют антропологи. В 90-х годах было проведено полное антропологическое исследование, в котором участвовали наши выдающиеся специалисты - Виктор Николаевич Звягин и Сергей Алексеевич Никитин, владеющий методиками графической реконструкции лица по костям черепа. Это стало возможным, потому что останки императора, членов семьи и приближенных сохранились достаточно хорошо. Это были полные скелеты, а лицевая часть всех, кроме повара Харитонова, позволяла воссоздать их внешний облик. Проводились специальные исследования по определению возраста, роста, болезней. Помогли фотографии. В 1917 году царевны болели корью, их тогда постригли наголо. И они сделали шутливое фото - сфотографировались анфас и с затылка. Цесаревич, чтобы поддержать сестер, тоже постригся. На этих фото они все пятеро и как бы спрашивают: "Угадайте, кто из нас кто?" На снимках хорошо видны обводы голов, снимки высококачественные, поэтому перепутать формы черепов царевен было совершенно невозможно.
Но высказывались сомнения по поводу останков Анастасии - якобы не удалось точно установить, была ли это она или Мария. Как нашли ответ?
Владимир Соловьев: Да, нам говорили: вы в своем заключении неправильно указываете рост Анастасии, она была маленькая, пухленькая. Но по экспертизам получалось именно так, а доказательств не было. И вот в позапрошлом году в Государственном архиве РФ была выставка, посвященная работе следствия по этому делу. На ней представили все, что было связано с гибелью царской семьи. Из Свято-Троицкого монастыря (Джорданвилль, США.- Ред.) привезли коллекцию реликвий, в том числе предметы одежды членов царской семьи. Дело в том, что после казни некоторые вещественные доказательства разошлись по миру, родственникам царской семьи отдали какие-то вещи, иконы. Каждый предмет одежды имел индивидуальные вышитые монограммы. Среди вещей была и юбка великой княжны Анастасии. В процессе подготовки выставки я попросил сотрудницу архива примерно такого же роста, как определили антропологи рост Анастасии, примерить ее к себе. Оказалось, что она подошла идеально. Видимо, за время пребывания семьи в Тобольске и Екатеринбурге Анастасия, которой в 1917 году было всего 16 лет, успела подрасти. И теперь есть материальное подтверждение этому.
Развеять мифы
Почему теперь возник вопрос о дополнительных экспертизах останков Марии и Алексея? И зачем понадобилась эксгумация их родителей?
Владимир Соловьев: Останки, как я уже сказал, хранились в Госархиве. Так не могло продолжаться вечно, по всем канонам их надо предать земле. Но представители РПЦ не раз заявляли, что в подлинности останков существуют определенные сомнения, так как к экспертизам в свое время не были привлечены церковные ученые. Церковь хотела бы до захоронения определить свое участие в этой процедуре. Возникал и еще один вопрос: существуют давние легенды, что голову государя после казни привозили в Кремль, Ленину. Эта "байка" есть еще в книге видного монархиста генерал-лейтенанта Михаила Дитерихса, организатора раскопок на месте предполагаемого захоронения царской семьи в Ганиной яме, которые проводил следователь Николай Соколов. Дитерихс писал: "ходят анекдоты, что якобы привезли голову царя и будут выставлять ее в синематографах". Все это звучало, как черный юмор, но было подхвачено, пошли разговоры о ритуальном убийстве. Уже в наше время были публикации в СМИ, что якобы эту голову обнаружили. Мы проверяли эту информацию, но так и не смогли найти автора заметки. Информация совершенно "желтая" и неприличная, но, тем не менее, эти слухи ходили на протяжении многих лет, особенно в эмигрантской среде за рубежом. Высказывались и мнения, что когда-то захоронение вскрывали представители советских спецслужб и что-то туда привнесли. Поэтому патриарх и предложил еще раз провести исследования, чтобы подтвердить или развенчать эти легенды. 23 сентября для этого были взяты небольшие фрагменты черепов императора и императрицы.
Почему же вы не сделали этого раньше?
Владимир Соловьев: Потому что до 1998 года методы генетики требовали достаточно большого количества материала. Извините, но истолочь череп государя в порошок, чтобы удовлетворить чье-то любопытство, я не мог решиться. Сейчас методы исследований более щадящие, они требуют гораздо меньшего количества костного материала. Хотя, конечно все зависит от квалификации экспертов - так может работать только специалист высочайшего класса, которых в мире немного. Лауреат Госпремии Евгений Рогаев, который сейчас официально проводит назначенную мной экспертизу, - специалист именно такого класса.
Вы поручили новую экспертизу тому же Евгению Рогаеву. У РПЦ не будет повода и теперь сомневаться в ее результатах?
Владимир Соловьев: Надеюсь, что нет, поскольку сейчас отбор образцов проводился с участием нескольких представителей РПЦ - митрополита Санкт-Петербургского и Ладожского - управляющего делами Московской патриархии Варсонофия, протоиерея Всеволода Чаплина, настоятеля Петропавловского собора архимандрита Александра (Федорова) и других. В их присутствии образцы упаковали в специальные пронумерованные пакеты Следственного комитета РФ. Их подписали я, митрополит Варсонофий и протоиерей Всеволод Чаплин. Образцы костной ткани для исследований дублировались. Один я отдавал Евгению Рогаеву, второй - на ответственное хранение в Московскую патриархию. И есть договоренность, что представители РПЦ могут присутствовать на всех этапах исследований в лаборатории. Это гарантирует полную открытость экспертизы. Нам нечего скрывать ни прежде, ни теперь. Но если церковь не будет удовлетворена ходом экспертизы, у нее есть полная возможность провести контрольные экспертизы переданных ей образцов.
А что мешало привлечь представителей РПЦ к предыдущим исследованиям?
Владимир Соловьев: По-видимому, переговоры просто не дошли до этой стадии. Завершающий этап расследования был кратковременным: основные исследования по рубахе начались в сентябре 2008 года, а следствие завершено в начале января 2009 года. Я докладывал о результатах работ патриарху Алексию II. Он тогда послал своего представителя в Екатеринбург на конференцию 5 декабря 2008 года, на которой мы официально объявили о полученных результатах. За неделю до конференции патриарх нашел время для встречи со мной, хотя уже тогда болел. Он всегда интересовался вопросами, связанными с екатеринбургскими останками, но вскоре скоропостижно скончался, и диалог с церковью на время прервался. Пока был избран новый патриарх, пока он вник в эти дела, прошло время, а следствие к этому времени уже было завершено.
Фальшивки или подлинники?
Известно, что вы отвечали на 10 вопросов, поставленных патриархом Алексием, но не на все смогли тогда дать ответ. Почему?
Владимир Соловьев: Эти вопросы были сформулированы еще в 1995 году. Я всегда видел их перед собой и организовывал экспертные исследования так, чтобы дать обоснованные ответы на них. Часто меня обвиняют в лапидарности ответов. Но людям такого уровня никто никогда не пишет длинных писем по 50 страниц. Другое дело, что к краткому письму по такой важной теме необходимы приложения. И мы передали патриарху такие приложения - два тома различных документов. Беседа с Алексием II продолжалась более трех часов. Патриарх задал множество вопросов и доброжелательно отнесся к нашим ответам. Но по ряду вопросов мы не могли дать ответ или полный ответ. Серьезнейшим был вопрос - где находятся останки Алексея и Марии? Тогда мы не могли на него ответить. Но хотя уголовное дело было прекращено, поиски продолжались.
Кто финансировал эти поиски?
Владимир Соловьев: Мы, грубо говоря, сбрасывались деньгами, организовывали экспедиции на общественных началах на протяжении всех этих лет - с 1998 по 2007 год. Хотя останки Алексея и Марии найдены, даже сейчас на Старой Коптяковской дороге продолжаются раскопки. С 1998 по 2000 годы раскопки проводились и в месте, куда первоначально привезли тела членов царской семьи и слуг. На Ганиной яме, где "белогвардейский" следователь Николай Соколов не успел закончить осмотр места происшествия, были найдены предметы, безусловно принадлежавшие членам царской семьи и слугам. Например, изумруд, части золотых украшений, пули, гильзы, корсетные кольца - понятно, что крестьянки из ближней деревни корсетов не носили. Среди огромного количества артефактов найдена и пуля от пистолета системы "браунинг". Экспертиза показала, что она идентична тем пулям, которые были извлечены из останков царской семьи, найденных в Поросенковом логу. И все они не просто выстрелены из пистолетов одной марки, но из одного и того же конкретного ствола.
Найти останки Алексея и Марии в другом месте от общего захоронения помогли свидетельства участников казни. Но были мнения, что знаменитая "записка Юровского" - подделка. Вы смогли разобраться?
Владимир Соловьев: Некоторые серьезные ученые нам говорили о том, что цареубийца, комендант Ипатьевского дома Яков Юровский не имел к ней никакого отношения. Что "записку" без участия Юровского написал главный партийный архивист, хранитель всех партийных тайн, академик Михаил Покровский, который возглавлял комиссию по разбору бумаг расстрелянной царской семьи. После его смерти были обнаружены листочки, на которых его почерком и была написана эта самая "записка Юровского". Но в секретной папке бумаг, содержащей документы о царской семье, находившейся у председателя ВЦИК Якова Свердлова, а после его смерти у Михаила Калинина, содержится напечатанный на пишущей машинке документ, идентичный рукописи. В нем имеются рукописные приписки и исправления. Я назначил почерковедческую экспертизу, и эксперты дали категорическое заключение о том, что они выполнены рукой двух человек - академика Покровского и Юровского. Затем был исследован машинописный экземпляр выступления Юровского перед старыми большевиками в 1934 году, и там тоже нашли многочисленные дописки, сделанные его рукой. Плюс к этому есть экземпляр воспоминаний Юровского с его подписью, что дало нам право сказать - это его авторство. Подлинность подтверждают даже мелкие ошибки. Например, он повара Харитонова называет Тихомировым, говорит, что было расстреляно 12 человек, а перечисляет имена 11. Такие ошибки свойственны человеку, который готовит свои воспоминания не по иным источникам, а по памяти.
Академик не смог бы их допустить?
Владимир Соловьев: Готовя фальшивку, академик Покровский наверняка прочитал бы книгу Соколова "Убийство царской семьи", которая вышла 1924 году на французском языке, и такой путаницы не было бы. И когда мы читаем воспоминания других участников расстрела, то видим, что в записях нет синхронности, то есть никто не руководил авторами воспоминаний. Сейчас говорят: а вдруг найдется какая-то еще бумага и все перевернет? Может быть, и найдется, но я совершенно уверен, что если она написана добросовестным человеком, то она ничего не перевернет. Во время следствия поиски документов были беспрецедентны: Тщательно изучены все госархивы РФ и ведомств, иностранные архивы и частные собрания, где могло находиться хоть что-то. Конечно, историкам сейчас сложно, потому что после таких поисков архивы - это выжженная земля, и найти еще какой-то документ почти нереально. С конца 1990-х годов ни одного значимого документа в мире больше не найдено. Расследуя уголовное дело, я постарался проверить все доводы оппонентов и ответить на них. В целом уголовное дело занимало 26 томов, одно только постановление о его прекращении состояло из 806 страниц.
Цареубийцы были анархистами
Много лет ходила и еще одна популярная легенда - о спасшейся Анастасии. Было ли такое спасение возможным?
Владимир Соловьев: В тех событиях участвовало не менее сотни человек - одни уезжали, другие приезжали... Причем, в основном, это были люди анархического склада, эдакая вольница, которые в какой-то момент назвались коммунистами. Это была довольно бестолковая команда, которая толком не знала, что делать, видимо, они там еще и крепко выпивали. Расстреливать должна была команда из 11-х "красных латышей", причем предварительно Юровский определил, в кого каждый будет стрелять. Но потом вызвались добровольцы из чекистов, и они не подпустили латышей, а расстреляли сами. После этого пытались определить, умерли ли жертвы. В это время вскакивает горничная императрицы Демидова, говорит: "Господь спас меня!" Ее добивают штыком. Поднимется княжна Анастасия - ее достреливают. Цесаревич подает признаки жизни - его тоже добивают. Потом тела передают красноармейской дружине Ермакова, но Юровский обнаруживает, что каких-то вещичек на членах царской семьи нет. Он выстраивает всех участников и говорит: если найду хоть что-то, ляжете рядом с ними. Трупы грузят на машину и привозят в район Верх-Исетска. Там погибших бросили в пролетки и повезли к заброшенным шахтам на Ганину яму. Дружина орет: почему живых не привезли, мы хотели сами расстрелять. Ситуация конфликтная: кто-то кого-то все время хочет расстрелять. В конечном счете, трупы бросают в шахту, залитую водой. Но оказалось, что в шахте находился лед, трупы были хорошо видны и по воспоминаниям одного из чекистов, они лежали в воде "как живые". Кто там мог выжить, подняться и уйти, когда все было на грани расстрела самих участников казни?
Почему все трупы перевезли в другое место?
Владимир Соловьев: Юровский пишет: место не годилось, множество людей видело, куда мы их везли. Он докладывает местным партийным органам, что надо менять место захоронения. Ему называют далекие шахты в 20 км от Екатеринбурга, туда нужно было везти трупы через несколько населенных пунктов. Ночью они выезжают, но застревают в распутице, и он понимает, что засветло доехать они не успеют. В "записке" Юровский пишет: я дал указание - сколько можно, трупы сжечь, остальные захоронили неподалеку, прямо посредине лесной дороги. Нам было известно, что тела Марии и Алексея сожжены в том же районе. Но что такое неподалеку - 3 метра, 30 метров, полкилометра? Определить было невозможно. Конечно, чекисты были мастерами фальсификации. Но если надо было сделать хорошую фальсификацию, записка Юровского выглядит крайне неубедительно. Это можно было сделать куда более убедительно: докладная записка Дзержинскому с подписью и печатью, входящий-исходящий номер - и все. Всякая фальшивка должна выглядеть даже убедительнее, чем настоящий документ. Все бланки, штампы имелись, все это можно было сделать. В 2004 году мы организовали самые масштабные раскопки за все время. И не дошли до места сожжения Марии и Алексея всего 6 метров. Их в 2007 году нашли другие люди, которые точно так же работали за свои деньги. Счастье, что к этому времени появились новейшие методы исследования. И ответ на вопрос патриарха - где же Алексей и Мария? - наконец нашелся.
"Параллельные" экспертизы
В ходе уголовного дела некоторые ученые - в частности, наш Лев Животовский и японец Тацуо Нагаи - заявляли, что они получили совсем другие результаты. Сейчас нет подобных альтернативных исследований?
Владимир Соловьев: Японский генетик Тацуо Нагаи заявил о том, что он исследовал биологические образцы брата императора Николая II - великого князя Георгия Александровича. Но Тацуо Нагаи никогда не обращался в правительство России и органы следствия с просьбой передать ему указанные образцы и никогда официально не получал их. Специалисты говорят о результатах, опубликованных японским профессором, как о некорректных. Когда опытные генетики посмотрели их, то сказали, что у человека не может быть такой генетической последовательности, это был бы не человек, а монстр, с таким набором хромосом он не мог бы жить. Второй случай - якобы российский биолог, лауреат Государственной премии Лев Животовский и ученый из Стэнфордского университета в США Алек Найт исследовали палец из останков сестры императрицы - великой княгини Елизаветы Федоровны. Генотип человека, которого генетики представили как "Елизавету Федоровну" полностью не совпал с генотипом человека, представленного под N 7 среди "екатеринбургских останков", отчего ученые сделали вывод об отсутствии родства. Правильно сделали, поскольку генотип из этого пальца не совпал и с генотипом ныне живущих родственников русской императрицы. Зато по официальным исследованиям имеется полное совпадение митохондриальной ДНК из останков царицы с ныне живущими потомками. Официально данные об исследованиях Тацуо Нагаи, Льва Животовского и Алека Найта ни в следственные органы, ни государству не предоставлялись. Может быть, специалисты постеснялись показать слабость своих позиций?
Главный вопрос
Если Церковь захочет повторить исследования, куда она могла бы обратиться?
Владимир Соловьев: Следственный комитет Российской Федерации всегда готов помочь Церкви. Если представители РПЦ предложат нам кандидатуры экспертов для проведения исследования, мы готовы включить их в работу. Для меня единственный критерий проведения серьезных исследований - чтобы ученый занимался именно этой темой, имел соответствующее образование и квалификацию и был достаточно известным в научном мире. Эксперты, которых следствие привлекает для работы - мирового класса и ниже планку опускать нельзя, слишком сложная и ответственная работа. Если Церковь не устроит повторная экспертиза, мы можем создать совместный коллектив ученых - официальных экспертов и тех, которых предложит Церковь. Разумеется, вся работа должна вестись с рамках уголовно-процессуального законодательства.
А если теперешняя экспертиза удовлетворит РПЦ, можно ли надеяться, что вопрос закрыт, и останки будут наконец признаны?
Владимир Соловьев: Это вопрос не ко мне. Но искренне надеюсь, что вопрос будет закрыт, и эта трагическая страница нашей истории наконец будет перевернута.
Позиция
Иван Арцишевский, представитель Объединения членов рода Романовых в России
- Изначально идея провести дополнительную экспертизу, чтобы дать возможность Русской православной церкви прояснить свою позицию относительно останков царской семьи была очень верной, и она, на мой взгляд, удалась. Мы знаем, что останки подлинные, но если оставались какие-то сомнения, то эта экспертиза, проведенная с участием представителей Церкви, позволит их развеять. Другого выхода нет, и лучше пойти на подобные исследования, даже если для этого потребовалось провести эксгумацию останков в Петропавловском соборе, чтобы окончательно ответить на все вопросы. Этот как раз тот случай, когда цель оправдывает средства.
Коментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи.
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189584/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189562/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189521/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189464/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189447/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189403/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189387/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189336/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189307/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189269/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189242/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189228/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189191/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189140/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189067/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/189012/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/188999/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/188972/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/188917/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)
![](/media/covers/rossijskaya-gazeta/2024/188887/205-282/cover.png)
![](/static/images/icon_pdf.jpg)
![](/static/images/icon_online.jpg)